Народ, его история в повести В. Г. Распутина “Прощание с Матерой”

Духовные ценности… История… Память… Память о прошлом народа, великом, счастливом, светлом прошлом. Память, которая помогает сохранить все лучшее, что есть в сердцах людей. Помогает бороться, помогает жить дальше, несмотря ни на какие преграды и несправедливость. Память и душа народа – вот что стало главным в творчестве многих писателей второй половины XX века. Переломные моменты в истории страны не могли не отразиться на судьбах, на жизни и душах русских людей. Мир менялся. Наступало новое время – порой наступало решительно, жестко, не спрашивая, хочет ли народ этих перемен, готов ли он проститься со своим прошлым, со своей историей.
В литературе 60-х годов XX столетия появилось немало произведений, осмысливающих с новой высоты общественного сознания характер современных противоречий. Новизна общественной и духовной жизни сказалась в углубленном исследовании социальных конфликтов, в объективном воссоздании сложной нравственной атмосферы общества, в активном интересе к внутренней жизни – как отдельного человека, так и всего народа. Одни авторы углублялись в исследование социальных причин возникших конфликтов и противоречий. Другие больше внимания уделяли внутреннему миру людей. Но большинство писателей все же пытались соединить в своих произведениях оба подхода, так как понимали, что общество и человек существуют в неразрывной

связи и перемены в социальной сфере неизбежно влекут за собой перемены в душах людей. Одним из таких писателей был В. Г. Распутин, произведения которого выразили общественную потребность подвести итоги пережитому, обобщить нравственный опыт народа, выразить его этический идеал. Реакцией на потребность общественного самопознания, на поворот к новому, к исследованию богатейших запасов духовности и человечности стала повесть “Прощание с Матерой”.
Новое время, новая жизнь выдвигают свои требования. Строится электростанция. Великое дело задумано, нужное. Но для его успешного завершения должна быть уничтожена земля, которая вот уже много лет жила своей жизнью, “была внутри происходящих в природе перемен, не отставая и не забегая вперед каждого дня”. Автор рассказывает нам о последнем лете этой земли. “Последние недели осталось дожить острову Матере и деревне на нем. Скоро поднимутся высоко воды Ангары и скроются в воде и остров, и деревня”. Но на самом деле затопление земель – не просто перемена в жизни, быте, привычках людей. Это трагедия человеческой души, души всего народа, корнями своими вросшего в эту землю. И сам вид изменившейся деревни красноречивее многих слов говорит об этой трагедии: “Та Матера и не та… Все на месте, да не все так: гуще и нахальней полезла крапива, мертво застыли окна в опустевших избах и растворились ворота во дворы – их для порядка закрывали, но какая-то нечистая сила снова и снова открывала, чтоб сильнее сквозило, скрипело да хлопало… “
Конечно, люди понимали неизбежность и даже необходимость перемен: “Надо – значит, надо… ” Они старались свыкнуться с мыслью о жизни на новом месте, в совхозном поселке, в красивых квартирах.
Но все же не покидали их мучительные сомнения: “А не слишком ли дорогая цена? Не переплатить бы?” И дело даже не в, том, что самая лучшая, плодородная земля будет затоплена, а в том, что это земля, “веками ухоженная и удобренная дедами и прадедами и вскормившая не одно поколение”. Это уже не просто деревня, не просто остров – это история целого народа, который веками жил здесь, работал, “поливал своим потом каждую борозду”. С этой землей связаны мечты, надежды, достижения и потери, радость и счастье. А теперь – невыносимая боль. Ведь здесь, в этой земле лежат те самые деды и прадеды. Здесь – вся память народа. А ее приказывают уничтожить. Вот так просто, в один момент, лишить людей всего, что составляет основу их жизни, основу их духовности, нравственности! “Нет, старею, видно, – думает Павел. – Старею, если не могу понять!..” Да и кто сможет понять, до глубины души поверить в правильность всего происходящего?! Кто сможет согласиться с этими “чужими” людьми, с этими важно-официальными санитарами и “пожогщиками”, с этими “представителями”, для которых деревня – всего лишь “территория”, “зона затопления”. Потому они решительно завоевывают ее, покоряют, не слишком разбираясь в средствах. “Зона затопления”, “территория” – применимы ли эти слова к земле, которая тебя вскормила и на украшение которой ты сам отдаешь все свои силы? Конечно, нет! Потому до последнего пытаются протестовать старики и женщины из деревни, отстаивая каждый кусочек родной земли. Но разве способны их доводы, их отчаяние пробудить сердца тех, для кого сами эти люди – лишь “граждане затопляемые”?!
“Вы знаете, на этом месте разольется море, пойдут большие пароходы, поедут люди… Туристы и интуристы поедут. А тут плавают ваши кресты”, – заявляет жителям деревни товарищ Жук. Там “поедут люди”! А кто же тогда здесь, сейчас? Этих несчастных даже и за людей не считают. Тех, чья история связана с Матерой, кто любил свою родную землю, берег, обогащал, ценил как самое дорогое в жизни, чиновники и исполнители ни во что не ставят. Их даже не удостоили объяснением происходящего: “Что требуется, то и будем делать. Тебя не спросим”. Требуется… Но – кому? Уж конечно, не им, коренным жителям острова. Не народу, не людям. Только исполнителям, боящимся перед государством потерять свое лицо. А ведь, как верно заявляет им дед Егор: “Под лицом надо уважение к людям иметь, а не однуе шляпу”.
Глубоким уважением к людям, живущим на острове сейчас, и тем, кто жил здесь раньше, проникнуты сердца материнцев. Уважением ко всему, что создано руками народа, ко всему, что является частью их истории, их жизни, частью их души. Именно поэтому такими проникновенными лирическими словами и красками описывает автор прощание людей с собственным жилищем, с могилами близких.
Героиня повести, старуха Дарья, любовно обряжает родную избу накануне пожога, как обряжают покойника перед похоронами. И болью отзываются в сердце ее слова: “Стояла, стояла, христовенькая, лет, поди, полтораста, а теперь все, теперь поедет”.
Ничего не остается материнцам в этой жизни. Не может душа человека так просто смириться с навязанными переменами. Ведь “все, все кругом родное”. Даже в соединившихся где-то наверху ветках рябины и сосны есть доля участия “тех двоих, лежащих в глуби, откуда питаются корни”. И все это забирают, уничтожают, разрушают те, кто никакого отношения к этой земле не имел и иметь не может. Боль всего народа, всех жителей деревни выражает Дарья, обращаясь к своим умершим родителям: “Вот пришла. Совсем ослобонилась, корову и ту седни увезли. Можно помирать. А помирать, тятька, придется мне мимо Матеры. Не лягу я к вам, ничего не выйдет. Ж вас хотела с собой взять, чтоб там вместе лягчи, и это не выйдет… Ты мне, тятька, говорил, чтоб я долго жила… Я послушалась, жила. А нашто было столь жить, надо бы к вам, мы бы вместе и были. А тепери че? Не помереть мне в спокое, что я от вас отказалась, что это на моем, не на чьем веку, отрубит наш род, унесет… “
В своей повести Валентин Распутин в простых и в то же время ярких красках показал, что противоречия между государственной необходимостью переселения и сложившимся народным бытом, традициями, историей с самого начала чреваты острыми конфликтами.
Всколыхнулась устоявшаяся жизнь, нарушился ее привычный ход. Потому не удивительно, что государственное требование многим казалось попранием справедливости. Подвергая тонкой психологической оценке и глубокому осмыслению конкретный жизненный материал, писатель приходил к пониманию особенностей общественной жизни и внутренних процессов развития человеческой души. Во всех произведениях Распутина ярко проявляется необыкновенное умение показать эстетическую ценность простого, будничного. Автор всегда проявлял искренний интерес к цельным народным характерам, старался объективно воссоздать действительность.
В “Прощании с Матерой” писатель показал нам лишь фрагмент того всеобщего процесса преобразования, который охватил всю страну. Пророческими становятся слова повести: “Было бы начало, а
Продолжение никуда не денется, будет”. То, что предвидел Распутин в своем произведении, против чего восставал, чем казнился, к несчастью, оказалось возможным. Предвидение стало провидением, допустимое – реальным. В то время многие критики считали, что в своей повести писатель “пытался выжать трагедию из коллизии нетрагедийной”. Но это на самом деле была трагедия – трагедия всего народа. И если в “Прощании с Матерой” жертвы еще только духовные, нравственные, то в последующих произведениях, таких как “Пожар”, уже появятся настоящие человеческие жертвы, И предпосылки, почва для этих страшных плодов была взрыхлена именно там, на затопленном острове. А ведь, как уже было сказано, все сюжеты Распутин брал из жизни.
Когда осознаешь, что это означает, сердце сковывает ледяным холодом от жутких мыслей. Что же с нами будет дальше? С нами – людьми, жителями не маленькой деревни на одиноком острове, а всей планеты Земля?..


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Ви зараз читаєте: Народ, его история в повести В. Г. Распутина “Прощание с Матерой”