Спор о человеке (По пьесе “На дне”)

В начале девятисотых годов Максим Горький испытывает небывалый подъем нравственных, духовных, творческих сил. Он окрылен предчувствием бури. К драматургии – наиболее действенному роду искусства – Горький обратился в преддверии первой русской революции. Приход писателя в театр был продиктован прежде всего страстным желанием “вмешаться в самую гущу жизни”. После окончания работы над пьесой “Мещане” Горький пишет “На дне”.
В этой пьесе, по утверждению автора, его занимали “общефилософские вопросы”: “Что лучше, истина или сострадание? Что нужнее? Нужно ли доводить сострадание до того, чтобы пользоваться ложью, как Лука”.
Странник Лука появляется в ночлежке в самый разгар спора обитателей – Клеща, Бубнова и Васьки Пепла – о совести и чести: нужны ли они людям дна?
Одна из реплик, с которой Лука переступает порог подвала, заключает в себе целую философию по сути своей безразличного отношения к жизни и человеку: “Мне – все равно! Я и жуликов уважаю по-моему, ни одна блоха – не плоха: все – черненькие, все – прыгают… ” С этих слов доброго старца и начинается горьковская борьба с ним. Лука, по словам писателя, относится к довольно распространенному типу русского проповедника “благости”, утешителя “от ума”, которого “интересуют всякие ответы”, но не люди: неизбежно сталкиваясь с ними, он их утешает, но только для того, чтобы они не мешали ему жить…
Приветливый, мягкий странник, готовый всегда оказать услугу, у которого чуть ли не для каждого нашлось ласковое слово утешения, принес с собой смерть и неверие, еще более острое ощущение безысходности, холодное отчаяние и апатию. Многозначительным контрастом ласкающей завораживающей мелодии Луки звучит в драме песня узников – “Солнце всходит и заходит, а в тюрьме моей темно… ” Не случайно ноты с этой песней помещены перед вторым актом, где появляются первые “жертвы” Луки.
В страстной горьковской тоске по жизни обречено угасает Анна. С появлением “миротворца” с еще большей силой закипела злоба и ненависть в семействе Костылева. Тень преступления нависает над ночлежкой. Разбиваются в прах мечты Наташи о другой, чистой жизни, и не в обетованный край, о котором напел старик ей и Пеплу, попадает она, а рвется в… тюрьму. Обманутый, смятенный, в чьей душе умерли все надежды, уходит из жизни Актер. Преступником делается Васька, убивший в драке Костылева, смиряется Клещ.
Странник Лука – сильный противник. Он, по-своему, тоже поет гимн человеку. “Человек – все может… лишь бы захотел… “, “Все ищут люди, все хотят – как лучше… Они – найдут! Они – придумают! Помогать только надо им… уважать надо… ” – внешне эти афоризмы странника напоминают речи Сатина.
Горький психологически тонко, изнутри раскрывает социальную и философскую природу “гуманизма” Луки, незаметно сближает его проповеди с разглагольствованиями злобного и трусливого хозяина ночлежки, с моралью, которую проповедует околоточный Медведев, с циническим равнодушием и апатией барона. Слова Луки о правде-обухе смыкаются, в сущности, с костылевским – “не всякая правда нужна”. А заклинания у постели умирающей Анны – “Все, милая, терпят… всяк по-своему жизнь терпит… ” – созвучны афоризмам полицейского: “Человек должен вести себя смирно”.
Любое выражение протеста вызывает мягкий отпор Луки или разбивается о его равнодушие. Глухую неприязнь миротворца рождают бунтарские речи Сатина. “Люди не стыдятся того, что тебе хуже собаки живется,- говорил Сатин зашедшемуся в холодной тоске Клещу.- Подумай – ты не станешь работать, я – не стану… еще сотни… тысячи, все! что тогда будет?” На это Лука мрачно замечает: “Тебе бы с такими речами к бегунам идти… ” Лука труслив и осторожен. В опасный момент, когда убивают Костылева, он исчезает, как “исчезают грешники от лица праведных”. Так постепенно обнажается. истинное лицо проходящего человека,- и лицо это оборачивается знакомым – серым ликом мещанина. Главным противником Луки в пьесе выступает Сатин. Их поединок – сложен и диалектичен. Он начинается после исчезновения Луки. Это поединок лжи и правды, любви к человеку и боязни человека (а Лука – боялся!). В речах Сатина открывается горьковская философия гуманизма, символ веры художника нового мира, “человекопоклонника”.
Начав, казалось бы, с защиты старика, Сатин сразу же переходит в наступление, разбивает все лукавые истины, все заповеди старика, постепенно освобождая друзей своих от “чар сирены”. Ложь, какая бы она ни была,- преступление, она “оправдывает ту тяжесть, которая раздавила руку рабочего… и обвиняет умирающих с голода… ” Монолог Сатина – страстное обвинение власть предержащим: “Ложь – религия рабов и хозяев… Правда – бог свободного человека!”
Но Сатин по-своему благодарен Луке. Забытое, подавленное, тот идеал, который некогда озарил жизнь, под действием проповеди Луки ожил в его сознании. Старик “подействовал на меня, как кислота на старую и грязную монету… ” – признается он.
На протяжении всего четвертого действия идет сатинский бой с Лукой, с разъедающим ядом его хитрой лживой мысли: “… из головы вон не идет… этот старик! Не обижай человека! А если меня однажды обидели и – на всю жизнь сразу! Простить? Ничего. Никому… ” Прощенья – нет, остается – борьба за человека. “Человек – вот правда! Что такое человек?.. Это не ты, не я, не они… нет! – это ты, я, они, старик, Наполеон, Магомет… в одном! Это – огромно! В этом – все начала и концы… Все – в человеке, все для человека!” В словах Сатина можно услышать сигнал к восстанию. В поединке с Лукой одерживает победу Сатин – ив этом очищающая, возвышающая сила разыгравшейся трагедии.
Горький создал пьесу широкого эмоционального звучания, сумев передать гамму человеческих состояний – от вдохновенных речей Сатина о Человеке до смертельного отчаяния Актера.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Ви зараз читаєте: Спор о человеке (По пьесе “На дне”)