Время Белого

Время в мире Белого было не тем, что у нас. Он мыслил эпохами.
Михаил Чехов.
Мне Вечность – родственна.
Андрей Белый.
Борис Николаевич Бугаев, больше известный под псевдонимом Андрей Белый, – яркое явление в русской поэзии, один из крупных представителей русского символизма. Примкнув к этому направлению, он, тем не менее, не замкнулся в его постулатах, но постоянно находился в состоянии развития, поиска нового. Поэзия его весьма своеобразно отражает время жизни поэта, изменения, происходившие в социальной и особенно культурной жизни страны.
Белый родился в 1880 году. Мальчик вырос в среде московской интеллигенции, в семье знаменитого математика, профессора Московского университета Николая Васильевича Бугаева. Летние месяцы семья Бугаевых проводила в Подмосковье, и мальчик с детства мог приобщиться к миру поместно-деревенской России, где как бы воедино слились красота русского пейзажа и величие культуры, творимой жившими среди этой природы людьми.
Уже учась в университете, Белый ежедневно посещал семью Михаила Сергеевича и Ольги Михайловны Соловьевых – родителей своего друга Сергея. “Не чайный стол – заседание Флорентийской академии”, – с благодарностью вспоминал Белый дом Соловьевых, где бывали старший брат Михаила Сергеевича философ Владимир Соловьев, его сестра, поэтесса Поликсена Соловьева, философ Сергей Николаевич Трубецкой, историк Василий Осипович Ключевский, позднее – Брюсов, Мережковский, Гиппиус… Именно здесь, в семье Соловьевых, были поддержаны первые литературные опыты Бориса Бугаева. Михаил Сергеевич помог Борису Бугаеву сочинить псевдоним “Андрей Белый” (белый – священный, утешительный цвет, представляющий собою гармоническое сочетание всех цветов, любимый цвет Владимира Соловьева).
В 1900 году Бугаев окончательно решает стать писателем. В этом году создана первая из четырех его “симфоний” – “Северная”, или “Героическая”.
Писатель впоследствии признавался, что, называя свои первые прозаические опыты “симфониями”, он и сам толком не знал, что это такое. “Симфонии” Белого больше схожи с сонатами. Слово “симфония” было для Белого своего рода символом.
Тема “вечного возвращения” – одна из центральных жанро – и сюжетообразующих тем всего творчества Белого. Белый часто обращался к лейтмотивной технике ведения повествования. То есть выделение в произведении одной, двух и более главных тем, к которым повествователь возвращается через определенные промежутки времени. Уже во второй “симфонии” с темой “вечного возврата” борется тема жизнеутверждения.
Во второй “симфонии” на первой же странице возникает образ солнца – зловещий “глаз”, уставившийся на землю и проливающий на нее потоки “металлической раскаленности”. Первый поэтический сборник Белого “Золото в лазури” выходит в 1904 году. В этом сборнике солнце – предмет почти что языческого поклонения:
Солнцем сердце зажжено.
Солнце – к вечному стремительность.
Солнце – вечное окно
В золотую ослепительность.
Стихотворение “Солнце” посвящено К. Бальмонту – автору книги “Будем как Солнце”. Также в этом сборнике Белый отождествляет солнце с образом Золотого руна. В стихотворном цикле “Золотое руно” Белый преобразует древнегреческий миф в символическое иносказание о жизненных целях своего поколения – поколения рубежа столетия.
Нацеленность в будущее пронизывает все стихотворения раздела “Золото в лазури”. В будущее, которое – согласно логике “возврата” – уже было! Поэтому оно может выступать в масках: “прежнего счастья”, “старины”:
Старина, в пламенеющий час
Обуявшая нас мировым,
Старина, окружившая нас,
Водопадом летит голубым.
– образов прошлой культуры (раздел “Прежде и теперь”):
Блестящие ходят персоны,
Повсюду фаянс и фарфор,
Расписаны нежно плафоны,
Музыка приветствует с хор.
1905 год – начало нового периода жизнетворчества Андрея Белого. Во время этого периода Белый влюбляется в жену Блока Любовь Дмитриевну Менделееву-Блок. Это чувство, перевернувшее всю жизнь Белого, зародилось еще летом 1904 года. К весне 1906 года отношение людей, составляющих роковой треугольник достигли крайнего напряжения. Любовь Дмитриевна расстается с Белым на десять месяцев, чтобы все обдумать и принять окончательное решение. Летом Белого нередко посещают мысли о самоубийстве. В сентябре происходит решительное объяснение. Резко и безжалостно отвергнутый, Белый оказывается на грани умопомешательства. Из Петербурга он сразу уезжает за границу, где начинается период исцеления от перенесенного удара, растянувшийся на 1907-1908 годы.
В эти годы Белый начинают видеть Россию сквозь призму лирики Некрасова. Памяти Некрасова посвящается сборник стихотворений “Пепел” (1908) Стихотворения сборника тщательно отобраны и расположены в очень продуманном порядке. В него не вошли многие из стихотворений, написанных одновременно со стихами “Пепла”, – из них Белый составил следующий сборник “Урна” (1909)
Идея “Пепла” точнее всего сформулирована самим Белым:
“Пепел” – книга самосожжения и смерти: но сама смерть есть только завеса, закрывающая горизонты дальнего, чтоб найти их в ближнем”.Сборник выстроен по линии все большего и большего просветления “горизонта” (недаром один из последних разделов сборника называется “Просветы”).
Пространство “Пепла” – это система вписанных друг в друга кругов, сжимающихся по мере приближения к “центру”. Первый “круг” самый большой, – почти что безграничные,”пустые”,”страшные”, голодные пространства России, в которых обречен на рассеивание измученный болезнями, голодом и пьянством народ:
Туда – где смертей и болезней
Лихая прошла колея…
Пожирают их болезни
Иссушает глаз…
Пролетают за селами села,
Пролетает за весями весь…
Там – убогие стаи избенок,
Там – убогие стаи людей…
Тема хаоса – сквозная тема сборника – особенно акцентирована в этом разделе. Естественная реакция человека на встречу с хаосом – первобытное чувство священного ужаса. Это чувство выражено в образах: “неизвестности”, “оторопи”:
Где по полю оторопь рыщет,
Восстав сухоруким кустом…
– смерти:
Над страной своей родной
Встала Смерть.
От голода, холода тут
И мерли, и мрут миллионы…
Там Смерть протрубила вдали
В леса, города и деревни…
Пространство следующего “круга” – “Деревни” – имеет более четкие контуры. Оно уже не пусто, а насыщено предметами, подчеркнуто обыденными. В контексте общего замысла сборника и высунутый “красный язык” висельника, и стаи то черных, то изумрудных мух, и кровь, свищущая пеной “из-под красной рукоятки” символы безысходной, тупиковой, совершающейся в одномерном пространстве смерти:
Красною струею прыснул
Красной крови ток.
Ножик хряснул, ножик свистнул,-
В грудь, в живот и в бок.
Пространство следующего раздела “Город” еще конкретнее: Москва “пира во время чумы”. Ритуальная пляска Смерти перенесена в “Городе” с открытых пространств России в замкнутый мирок квартир:
… Здесь хозяин гостье рад.
Звякнет в пол железной злостью
Там косы сухая трость,-
Входит гостья, щелкнет костью,
Взвеет саван: гостья смерть.
В этом мирке живут беспечные богатые люди, которые не видят ничего вокруг себя. Среди участников “пиров” только один поэт-арлекин знает о том, что творится за окнами. Поэт-пророк выступает не только в маске шута-арлекина, но и в облике страстотерпца:
Вы мечи
На меня обнажали.
Палачи,
Вы меня затерзали.
Особое значение мотивы жертвенности и крестного страдания приобретают в разделе “Безумие”:
– венок из “колючей крапивы”:
Над простором плету, неподвижен,
Из колючей крапивы венок…
– приложенный к “челу пучок колючего чертополоха” – бегущая с чела кровавая струя:
С чела, с кровавого плеча
Кровавая струя струится…
Это мотивы, которые возвращают надежду. Она слабо забрезжит в последнем стихотворении раздела – “Друзьям”, – зато укрепится и усилится в следующем разделе “Просветы”:
Кто зовет благоуханной клятвою,
Вздохом сладко вдаль зовет идти,
Чтобы в день безветренный над жатвою
Жертвенною кровью изойти?
“Пепел” является самым трагическим стихотворным сборником Андрея Белого.
Следующий его сборник – “Урна” (1909). Этот сборник посвящен Брюсову. Большинство стихотворений сборника носят элегический характер, хотя в “Урне” содержатся и глубоко личные, почти что дневниковые записи о пережитой драме:
Год минул встрече роковой,
Как мы, любовь лелея, млели…
И ежели тебя со мной
Любовь не связывает боле,
Уйду, сокрытый мглой ночной,
В ночное, в ледяное поле…
Сложу в могиле снеговой
Любви неразделенной муки…
“Урна” – последнее, что создал Андрей Белый в драматическое четырехлетие (1905 – 1908 гг. )
В 1910 Андрей Белый женится на Асе Тургеневой. В конце 1910 молодожены едут в путешествие по Северной Африке. Вернувшись из этого путешествия весной 1911 году в Россию, Белый пишет “Путевые заметки” – самое светлое произведение из всех, им написанных. В марте 1912 года он с женой уезжает в Европу, где живет до 1916 года, изредка наезжая в Россию.
В сентябре 1916 Белый возвращается на родину. Россия ожидает его. С Россией Белый переживает ее самое трагическое время:
Рыдай, буревая стихия,
В столбах громового огня!
Россия, Россия, Россия, –
Безумствуй, сжигая меня!..
Россия, Россия, Россия,
Мессия грядущего дня!
Это, написанное в августе 1917 года, самое знаменитое стихотворение Белого точнее всего передает отношение поэта к свержению царизма.
В Духов день 20 июня 1921 года он начинает писать поэму “Первое свидание” – реквием по сгоревшему в буревой стихи миру, по своей молодости, по гибнущей русской культуре.
“Первое свидание” – вершина поэзии Андрея Белого 20-х годов. Дальше начинается “путь нисхождения”. В сентябре 1925 года был завершен первый том из задуманной Белым эпопеи “Москва”.
Последние годы жизни Белого, тем не менее, не составляют исключения, скорее даже наоборот: пробуются все новые формы, жанры, стили, писатель сочетает работу над “Москвой” с путевыми заметками “Ветер с Кавказа” и “Армения”, с трудами по стиховедению, философскими этюдами и культурологическими опытами, обращается к театральным инсценировкам и даже киносценарию.
Смерть писателя в январе 1934го года была осознана современниками как завершение целой эпохи. Но им же было очевидно, что созданная Белым проза оставила глубокий след в творчестве многих, способствовала появлению так называемой “орнаментальной прозы”.
Творчество Андрея Белого весьма неоднородно, однако на всем его протяжении нежелание застывать в единожды найденной форме, неуспокоенность достигнутым являлись наиболее, быть может, яркими его характеристиками. “Мне всю жизнь грезились какие-то новые формы искусства, в которых художник мог бы пережить себя слиянным со всеми видами творчества… Я хотел вырываться из тусклого слова к яркому”, – признавался Белый, и в самом деле – поиск, непокой, динамика образуют самое существо его человеческой и писательской натуры.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Ви зараз читаєте: Время Белого